20170425_214834

Услышать «Грозу»

Говорят, большое видится на расстоянии.
Ещё говорят: «Глядишь в книгу…» Не продолжаю.
25 апреля 2017 года. Восьмой час вечера.
Сколько же лет должно было пройти, чтобы я наконец-то услышал, расслышал «Грозу»!..
Услышал. Это лучший в данном случае глагол. Действообразующий. «Гроза» Островского в постановке режиссёра Андрея Могучего — это точнейшим образом услышанная музыка драматического текста. Насквозь русская, несмотря на крепчайшую свою связь с мировой культурой, начиная с античных пьес, «Гроза» в БДТ — это прямое попадание в задуманную автором партитуру. Балаганный театр и скомороший речитатив, истовая музыка молитвы и надгробный плач по собственной судьбе-доле, русская песня просторная: хоровая и сольная, — всё здесь. Будто оборвался в Волгу целый пласт желтобокой породы, обнажив на срезе обрыва вековые сплетенья корней. А они — словно нервы. Оттого так точны.
Я не буду о деталях спектакля. Каждый актёр был абсолютно на своём месте, словно врос в чёрный фон лаковой миниатюры, — ни деться, ни дать, ни взять, ни отнять. Всё на месте и всё по местам. Всё по местам расставили. Открыли палехскую шкатулку и всё до самого дна разглядели.
Хотя и без деталей никак — ведь Палех!
Вот Катерина. Она в красном. Все в чёрном, а она в красном. Луч света в тёмном царстве? Да. Она со своей женской трагедией — луч света? С истериками и причитаниями? Да! Живой и непокорный характер. Жертва. Грешница. Заблудшая душа. Живая душа.
И все живые, все и каждый. Не герои-идеи: мать-деспот, маменькин сынок и муж-тряпка, городской сумасшедший. Нет — все оживают в балаганном шатре, красками играет каждый образ, несмотря на доминанту чёрного цвета. Сумасшедшая барыня — карликовый эпизод оригинальной драмы — здесь это женская трагедия, целая эпопея, зарифмованная с главной героиней спектакля. Ируте Венгалите зовут актрису. Она прекрасна в этой роли. Могучая роль в спектакле Могучего.
Первые пять минут я буквально сидел с открытым ртом. Буквально, без метафор: открыл рот, распахнул глаза и улыбался. В конце я кричал «Браво!» Я очень редко себе это позволяю — мне всё кажется, что я могу напугать кого-то из соседей. Сегодня я не боялся ничего. Браво! Браво! БРАВО!!!
Смотреть ещё и ещё раз, приглашать любимых, друзей, знакомых, учеников!
Простите меня, лицеисты! Кажется, я преподавал вам какого-то не такого Островского. Буду счастлив, если вы увидите этот спектакль и испытаете нечто похожее на то, что чувствую сейчас я. Напишите мне об этомт- значит,я всё-таки показал вам Островского и научил читать. Если увидите и не почувствуете ничего, кроме недоумения по поводу моих восторгов — поздравим друг друга: я вас ничему не научил.
Быть может, мои восторги так всеобъемлющи именно от того, что совсем свежи — трёх часов не прошло от финала спектакля. Занавес, кстати, отдельная история, смотри на фото. Этот называется «Житие Катерины», по сюжету, собственно. А есть ещё три или четыре.
Так вот: может, я несколько восторжен, может, чуть излишне. Может, Островский не должен быть таким.
Но в том и прелесть классики — в бездонных глубинах её и неогрниченном пространстве для интерпретаций.
Словно Волга и пейзаж по-над ней.

Пасхальный хор

Светлая Седмица. Так называлась прошедшая неделя — неделя после Пасхи. Называлась, называется и будет называться, даст Бог.
Даст Бог, так и останется она светлой неделей после светлого праздника, когда надо непременно обнимать самых любимых и дорогих, дарить друг другу тепло и весенний свет.
Кажется, у меня получилось. Несмотря на все упущения, я неплохо провёл время от Пасхи. Как надо провёл.
Например, во вторник был на концерте Хора Сретенского монастыря в БКЗ «Октябрьский». И это было светло и прекрасно.
А ещё — помогал любимым. Писал сценарии концертов. Помогал Музыке зазвучать. Отзывался на зов Музы.
На одном из концертов даже удалось побывать.
В Киришской детской школе искусств состоялся концерт хора «Victoria». Да, быть может, я написал несколько мудрёный текст для ведущей. Но ведь и Пасха не День работника лёгкой промышленности. Думать нужно о большом, а мысли должны быть светлы. Хор, представленный на сцене тремя возрастными группами, помог направить мысли и думы в нужное русло. Думалось. Слушалось. И сердце вторило, отзывалось.
Всё получилось удачно — думаю, я объективен, несмотря на свою авторскую сопричастность. Пели о Пасхе и Весне, попадая в самый центр сердца. Пели на фоне мультимедийного оформления — слайды играли роль эмоционально-визуального камертона каждой песни. Пели под руководством профессионала — хормейстера Елены Дмитриевны Тужиковой. Аккомпанемент также был на высоте. Читала мой (неплохой, в целом) текст очаровательная ведущая концерта. Если бы не она — вообще бы ничего не было: ни сценариев, ни объятий, ни, может быть, самого концерта. Да и меня бы сейчас не было — вот здесь и вот такого. И не было бы того тепла, которое к финалу концерта заполнило… не зал, нет — душу заполнило, души сидящих в зале. Жаль, что не так-то и много их было. Приходите почаще! Поверьте, этот час в вашей жизни не будет лишним.
Спасибо Тебе.
Христос Воскресе!

20170423_073950

Ещё об ощущениях: большое и малое

Не только в целях закрепить правописание.
Ощущения в последнее время стали глубоки. Будто голубые киты, пронзающие океанские толщи ультразвуками.
Вот два: ощущение огромного и чувство близкого.
Лежу на кровати и вдруг — чувство, посыл, порыв. Зов. Будто бы за стеной комната родителей. Будто бы можно перейти улицу и обнять любимого человека, выпить с ним чаю. «Съешь же ещё этих мягких французских булок да выпей чаю», — ласковым, тёплым голосом говорит Любимая Женщина. А то что-то отощал.
И ведь встать захотелось, пойти. Даже тело будто вправо повело. Позвало. Правда, справа за стеной — душ, а за окном стеной — снег. Но справа за плечом — ангел, душу держит в руках, соря белыми перьями на весеннюю землю. Чувство близости. Тепло любимых, бережно укрытое мягким, пуховым, белым.
А потом вдруг ощутил себя маленьким. Не возраст — физическая соразмерность. Маленький Рухлов в большом городе. Маленький человечек, потерянная точка в камуфляжных складках географической карты. «Цифрами на карте обозначены:…» Подумал о курганских друзьях. О расстояниях. Белых пятнах на карте. О террах и инкогнитах.
Два ощущения: чувство большого и чувство малого. Противоположные, казалось бы, но очевидно связанные.
И нет в них места тоске. Нет, нет, нет. Есть в них мысль: «Велик Твой мир, Господи, и чудесен. Спасибо Тебе».
Спасибо Тебе: за чувства и ощущения.
За «чу» и «щу».
За Слово.
За Музыку.

Занимательная грамматика: «Ощущения»

«Чу»- «щу», как известно.
Посему призываю вас не писать «ощющения». Когда вы такое пишете, вы превращаете ваши ощущения в тощих, напудренных, капризных девиц с выпяченными губами. Они присвистывают сквозь эти губы и говорят:»Ощющения».
Так вы истончаете, обесцениваете собственные ощущения.
Давайте ощущать глубоко.

Галочка на карте или Как поздравить друга с днём рождения

Сейчас не пугайтесь: буду излагать о себе в третьем лице. Этакое журналистское расследование. Или не расследование.

Ну так вот.

31 марта 2017 года «Уличная поэма «Шпана»» поставила на карте Российской Федерации очередную галочку. Знамя «Шпаны» реет теперь и над Воронежем. Зрителями моноспектакля Александра Рухлова в стенах Центра «Интеллект» стали уже не только школьники Ленинградской области (в данном случае — эколого-биологическая сессия), но и десятиклассники воронежской Гимназии имени Н.Г. Басова, которые с 26 по 31 марта были участниками физико-математической сессии «Новый Интеллект». «Шпана» прозвучала в качестве завершающего аккорда насыщенной событиями недели.
Прозвучало в конце постановки и имя коллеги и друга, автора идеи постановки Алексея Александровича Курбатова, который именно в этот день, 31 марта, изволил появиться однажды на свет. Ради этого стоило дважды перенести чтение поэмы: сначала с понедельника на четверг, а потом и с четверга на пятницу. Сегодня отступать было нельзя!
Не отступайте, Алексей Александрович! За нами «Шпана»! Пусть вокруг будут «свои», пусть радуются за нас чужие и пусть обстоятельства и впредь складываются в разные причудливые и неожиданные приятности.

С днём рождения!

Загрузка...
X