Author Archive: Александр Рухлов

IMG_20190707_231434

День семьи, любви и верности

Вероятно, основное число постов по поводу появится завтра. Праздник всё-таки.

Но так уж сложилось: сегодня я уехал из Мурома, который уже второй день празднует День семьи, любви и верности. Он не совпадает с Днём города, это просто ещё один большой городской праздник, всероссийскийх, по сути, масштабов.

Главное, наверное, будет завтра. Схлынут толпы, отчасти поглощённые рабочим понедельником. Уже сегодня не были перекрыты улицы и не работали тиры, торговые палатки с безумными китайскими игрушками, аттракционы с жестяными банками, которые надо сбить поролоновым мячиком и выиграть за это игрушку. Хотя я видел, как юноши показывали себя перед, может быть, будущими жёнами, а папы искренне пытались принести радость своим детям и стать победителями. Что ж, я не сноб, я совсем не против.

Но сегодня праздник ушёл в муромские монастыри и храмы. Это, по-моему, всё-таки лучше. А завтра, вероятно, праздник пойдёт в семьи. Там ему и быть. Такой праздник.

Вчера на берегу Оки пел Алексей Глызин и ансамбль «Непоседы». Сегодня у мощей Петра и Февронии пели акафист. Завтра… А завтра — давайте подарим этот праздник семье. Это важно. Важно.

Несколько раз я наблюдал на улицах Мурома, в праздничных толпах, сцены, которые особенно странно и дико смотрелись именно в этом городе и именно в эти дни. Крики в телефонные трубки, пьяные бравады, тычки от родителей детям. Хотелось подойти и о чём-то напомнить. Но я и сам не святой, и я шёл мимо.

Праздник — это всегда рубеж, всегда повод: вспомнить, задуматься, оглянуться. Посмотреть на себя и на близких вокруг.
А кого увидим вокруг? Кто ближе семьи?
Семья — продолжение нас, мы сами, наше отражение. Давайте делать всё для того, чтобы наше отражение выглядело достойно. Давайте будем достойны собственного отражения.

Можно ещё порассуждать о разнице между истерическим днём Валентина и историческим, спокойным, честным и правильным Днём Петра и Февронии. Но я не буду. Имеющий очи да видит.

С Праздником вас!
Лада в семье. Хороших людей во спутники. Счастья.

IMG_20190623_033318

Смотришь, как жизнь идёт

Сегодня я встретил рассвет в компании Петра Мамонова и его «Досуги-буги». Ехал на дачу и танцевал за рулём. Приехал — не спится. Думается.

Думаю о том, что всё-таки прекрасная у меня профессия — учитель. Эта профессия заключается в том, чтобы познавать человека. А с ним и саму жизнь. Смотришь, как люди взрослеют, как жизнь идёт. Не знаю, кто ещё, кому ещё, кроме учителя, доступно вот так видеть течение жизни. Хотя, конечно, многим, наверное.
Врачам, например. Но они к жизни немного иначе подходят, наверное, через тело больше.
Могильщикам? Но это, по нынешнему времени, профессия экзотическая. Что-то книжное, литературное, шекспировское.Да и не о жизни — о смерти.
Священникам, может? Ну разве что. Хотя это тоже немного другие материи.

А я учитель. И на моих глазах люди несут себя сквозь жизнь. Сохраняя, теряя, приобретая. Надевая маски, не желая показаться ребёнком и пугаясь при этом перспективы однажды окончательно повзрослеть. Мужают юноши, хорошеют и становятся всё более женственными девушки. Кто-то активно не стесняется курить на выпускном, пользуясь долгожданным освобождением от школьных условностей, а кто-то и на встрече выпускников будет прятаться с сигаретами за угол, потому что «выжмойучитель».

А ты на всё это смотришь и чувстуешь вдруг, как движется, поворачивается, живёт время.

Так вот, навело с бессонной ночи на мысли.

А всё почему?

А потому что — выпустил. Собственными руками. Провёл выпускной. Не без помощи добрых людей, конечно, и самих ребят.

Ребята хорошие. Классные. Давно их знаю. Кого-то даже четыре года. В конце выпускного вечера понял, убедился: испытываю к ним действительно тёплые чувства.

Нет, не было открытий на каждом уроке. Так, наверное, чаще бывает с малышами, из которых ещё не выветрился детский космос. А эти — они старше. Они уже вполне земные, они крепко стоят на ногах, ощущают мир земными, понятными чувствами, но тем они и интересны. С вами было интересно, друзья. Вы интересны мне как люди. Просто, по-человечески. Ваш космос уже не фонтанирует, не рвётся наружу, норовит спрятаться. Так бывает у взрослых, они в этом плане избирательнее детей. Но всё-таки я хоть отчасти, думаю (надеюсь!), смог вас разглядеть.

С вами есть о чём поговорить. Я иногда на уроках чувствовал, что как-то не так ставлю вопросы — спрашиваю об очевидном, а с вами можно и нужно серьёзнее, круче, глубже, более по-взрослому. Получается, мне нужно было порой расти до вас. Что ж, это хорошо. Это здорово. Спасибо вам за урок!

И спасибо за этот вечер и за эту ночь. Состоялось. Выпустил. Собственными руками. Не без добрых людей (отдельное и огромное спасибо Максиму Голощапову за звук и человеческую поддержку!)
И с Божьей помощью, конечно.

С Богом теперь.
В жизнь.
В лето.

Надо бы спать, а не спится. Осознаётся. Ощущается. И радостно на душе.

И пионы цветут, как сумасшедшие.

P.S.
В конце предложил приглашать меня вви качестве ведущего и на иные торжества, в том числе — на свадьбы. Будет удивительно, если кто-то пригласит, в самом деле. Из этих вот ребят — выпускников.

Удивительный опыт будет.
Приглашайте.

IMG_20190619_175902

ЗЕМЛЯ МОИХ ПРЕДКОВ

Бог велел.
И когда-то мои предки пришли на эту землю. Откуда-то с Архангельской губернии, с Белого моря, которое до сих пор отзывается в окающем, напевном говоре стариков. А старики до сих пор крепки, как береговые камни.
Дай Бог здоровья им, старикам.

Усть-Суерская слобода — одно из первых поселений в наших краях. Отсюда шли дальше, рубили в недальних окрестностях избы, пахали землю и рожали детей. Рожали по многу, так, что крепко разрослось корневище нашей древней фамилии. В генеалогическом древе моего четвероюродного дяди, с которым я лично познакомился только сегодня, теперь больше 1100 имён.

Сегодня мы дополняли семейное древо. Называли имена, даты рождений, смертей и бракосочетаний, вспоминали. Сегодня мы — вспоминали. Рухловых и их жён. На земле предков мы называли предков по именам, называли живых, чувствуя, как крепки корни, как движутся по стволу земные соки, как шелестят напитанные силой листья.

Усть-Суерское — большое когда-то село. Сегодня я видел его с высоты огромной, в три этажа церкви. Её начали восстанавливать несколько лет назад, да так и бросили. Теперь строительные леса качает ветер. Старые, искусным мастером сработанные купола сторожат церковь на земле, будто витязи. Они смотрят на школу, которую когда-то построила на свои деньги учительница-энтузиастка. Школа теперь закрыта. Она обросла крапивой и медленно разрушается. Туда некому и незачем ходить. Там живут птицы. И в церкви живут птицы. С высоты им хорошо видно, что домов в Усть-Суерском осталось не так много, а многие из них — брошены.

А в деревне Пуховой Белозерского района, где родились, выросли и умерли около десяти поколений Рухловых, остались только стены. Стены одного дома. Один разрушенный дом.
Сирени и тополя, растущие в ряд, напоминают о главной деревенской улице, на которой рождались, росли, умирали.

Так из под ног у нас уходит земля наших предков.
Остаётся, пожалуй, одно — крепче стоять на ногах.
Цепляясь корнями за землю.

IMG_20190620_000735

IMG_20190620_000853
IMG_20190620_000853IMG_20190619_160602

IMG_20190619_152204

IMG_20190619_151825

IMG_20190619_150714

IMG_20190619_150349

IMG_20190619_144725

IMG_20190619_145748

IMG_20190619_145016

IMG_20190619_151526

IMG_20190619_134824

IMG_20190616_223155

Дорога домой

Дорога даёт пищу для размышлений. Особенно если точно знаешь, к кому и зачем ты едешь, но не уверен точно, ждут ли тебя.

И снова — Одиссей. Царь Итаки.

Плач Одиссея

День ото дня. Снова сузил глаза горизонт,
Грубо ревнуя ко мне светлоокую Эо.
Слышит ли небо немое мой горестный стон?
Будь она проклята, эта ахейская эра!

Я эти звёзды давно заучил наизусть
И по узорам созвездий свой парус заштопал.
Тысячи раз по ночам вырывалось из уст
Имя твоё. Только слышишь ли ты, Пенелопа?

Ветры напели: у нас полон дом женихов.
Я не поверил в их вопль сиренский, сиротский
Их ведь случайно тогда отпустил из мехов
Мой любопытный, весёлый, удачливый лоцман.

Было рукою подать, я Итаки достиг,
Видел стада и садов повзрослевшую зелень…
Сколько уж лет мой корабль — Пенелопа, прости! —
Ищет классическим носом знакомую землю.

А на округу знакомых — один Полифем.
Будь она проклята, эта слепая пещера!
Примешь ли, если вернусь никудышным совсем?
Время щедро на морщины и в палубе щели.

Но я клянусь: натяну неподатливый лук
И окровавлю разлуке прожорливой горло.
Будет наш пёс, мой старинный и преданный друг,
Полуслепой, в загорелую тыкаться голень.

Только пока равнодушная к плачу волна
Тянет к ладоням незрячую мокрую морду.
Боги, скажите, за что суждена мне вина —
Мыкать весь век винноцветное горькое море?..

Первая бабочка

Данелия

Photo by Antonio Ballesteros. Источник: https://www.photoforum.ru/user/9459/index.en.html

Сегодня я увидел первую бабочку.
Она поднималась над весенним городом, стряхивала с себя тьму и холод зимы, летела к небу на рыжих крыльях.

Бабочка по-грузински «пепела».
პეპელა.

Вчера умер Георгий Данелия.
Царствие Небесное.

Загрузка...
X